Приемная адвоката

«Я водитель и обслуживаю руководство одного из министерств нашей страны. Мою машину за версту видно, что она правительственная. Перед работой утром я прошел проверку. А в середине дня меня тормознули подмосковные гаишники по дороге в подмосковный Королев. Инспекторы как будто специально ко мне прицепились. Сначала утверждали, что у меня поддельное удостоверение, а потом решили, что я пьян. И в протоколе записали: «управлял в состоянии наркотического опьянения». Пассажиров в протокол не вписали, заявив, что они являются «заинтересованными лицами». Адвоката тоже подождать отказались. Прокомментируйте, пожалуйста, эту ситуацию».

(Александр БАЛОВНЕВ, Московская область)



– Остановка любой машины не на посту – пикете для проверки документов (если она ничего не нарушила) запрещена. Мы уже неоднократно говорили, что этому посвящен специальный приказ № 329 министра внутренних дел РФ от первого июля 1998 года. Он должен действовать, его никто не отменял.

Однако машины очень часто останавливают, если они ржавые, битые и на их лобовом стекле отсутствует талон техосмотра. Правительственные же машины, если они грубо не нарушили правила, обычно не останавливают. Ведь совершенно очевидно, что такой автомобиль и технически исправен, и водитель, находящийся в нем, проходит достаточно серьезное медицинское освидетельствование дважды в день. Причем их проверяют не только на содержание алкоголя в крови, но и измеряют давление и температуру. Ведь даже с гриппом или сердечной аритмией возить министра, депутата или другого пассажира не рекомендуется.

Так как события происходили в середине дня, вероятно, что это политический заказ. Если бы одинокую машину в два часа ночи остановила объединенная засада сотрудников ДПС и ОМОНа, которые ловят террористов... Был бы рядовой случай, проверили документы водителя, извинились и отпустили машину дальше. Но когда из плотного потока «Жигулей», «Москвичей», «Волг» и других автомобилей средь белого дня выдергивают правительственную машину, то это неприкрытая инсинуация.

Мы уже говорили в предыдущих колонках, что свидетелем является любое лицо, которому что-либо известно по делу. Поэтому инспектор ДПС был обязан вписать в протокол всех пассажиров. Если же он этого не сделал, то это можно расценивать как должностной подлог.

Кстати, по действующему законодательству, водитель может приглашать адвоката с момента составления протокола. Поэтому, если автолюбитель говорит, что нуждается в юридическом защитнике, такую возможность ему обязаны предоставить.

Я думаю, что надо начинать с обращения в УСБ. И выявить аналогию в действиях этих инспекторов ГИБДД, инспекторов всего этого района, и если есть – соседних. Так, например, если дело происходило в Королеве, то соседями являются Мытищи, Балашиха, Щелково. Наконец, нужно посмотреть, что творится в Московской области. К сожалению, и редакции газет, и адвокаты, и депутаты завалены жалобами на искусственное создание доказательств обвинения. В чем выражается в таких ситуациях коварство сотрудников ГИБДД? Они инспирируют обвинения и обзаводятся заключениями врачей. Потом гаишники говорят: «А при чем тут мы? Вот врачи все сказали». Судья не была на месте и вынуждена принимать во внимание заключение врачей. Тогда у гаишников появляется дополнительный козырь: «Решение приняла судья, при чем тут мы?» Поэтому в подобных ситуациях крайне важно ставить следующие вопросы: «Что инспекторы делали в том месте? Законно ли они там работали? Был ли какой то официальный план, например «Перехват»? Почему они остановили именно эту машину? Насколько соблюли процедуру?». Я думаю, что, поскольку случай является прецедентным, мы еще вернемся к анализу ситуации, изложенной в письме нашего читателя.