«Отдых» перед депортацией

Сегодня одними из самых закрытых учреждений Москвы остаются так называемые приемники-распределители, в которых содержатся люди, признанные незаконными мигрантами. Страна узнала про существование приемников после того, как, побывав в одном из них – питерском, умер гражданин Грузии Тенгиз Тогонидзе. В другом – московском – скончалась гражданка Грузии Манана Джабелия. Каковы условия содержания в этих приемниках? Чем кормят людей? Могут ли родственники навещать их? «НИ» попытались найти ответы на эти вопросы.

Высокие ворота, которые скрывают здание московского изолятора для мигрантов № 2, найти непросто. Вход находится во дворе Дома культуры местного УВД. По двору передвигаются гастарбайтеры со строительными инструментами. Они даже ночью ремонтируют кабинеты в здании УВД. «У нас регистрация есть и другие документы тоже, – говорит строитель-таджик Абдул. – А вы случайно не агент из миграционной службы? Вы не думайте, мы от фирмы работаем, милиционеры нас не заставляли ремонт им делать. А изолятор для мигрантов нас не пугает, он же женский».

Весь периметр изолятора окантован колючей проволокой, а на дверях мощные решетки. Здесь ждут своего выдворения из России уроженки Таджикистана, Узбекистана и Грузии. Именно в этом изоляторе в начале этого месяца скончалась 51-летняя грузинка Манана Джабелия, не дожившая до освобождения несколько дней.

Милицейский «козелок» припарковывается у маленькой входной двери. Мужчина в милицейской форме выводит из машины двух задержанных. Одна – уроженка Киргизии – нервно улыбается и все время кутается в пуховик. Другая – из Таджикистана, напротив, понурая и грустная, непрерывно ругается себе под нос. «Взяли прямо дома, – говорит, периодически переходя на мат, задержанная таджичка. – Я в Москве к брату приехала, поработать не успела, как придется ехать домой. Ну, ничего, посижу, отдохну в приемнике».

В единственном в Москве женском изоляторе сейчас «отдыхают» около 35 женщин. Большая их часть ждет выдворения. Некоторые пытаются оспорить решение суда, постановившего их депортацию. Это же делала грузинка Манана Джабелия, задержание которой суд признал незаконным.

Она скончалась в изоляторе от сердечного приступа, не дожив несколько дней до выхода на свободу. Как сказал «НИ» и.о. начальника 3-го отдела Управления информации ГУВД Москвы Владимир Коробков, за этот год в Москве около 70 мигрантов были освобождены из изоляторов, потому что суд отклонил их депортацию.

Кроме женского изолятора № 2, в Москве находятся еще пять мужских приемников для мигрантов. Два из них сейчас закрыты на ремонт. По словам работников Федеральной миграционной службы РФ, подавляющее большинство заключенных в приемниках – представители Таджикистана. «За десять месяцев было выдворено более 37 тыс. мигрантов, из них только порядка одной тысячи грузин, а лидируют, как всегда, граждане Таджикистана и Узбекистана», – рассказали «НИ» в ФМС.

Однако о том, что в приемниках тяжелые условия для мигрантов, громко заговорили представители не таджикской или узбекской диаспор, а грузинской. «Многие жалуются на то, что в приемниках страдали их родственники, или сами рассказывают о том, как им было тяжело сидеть в камере», – сообщил «НИ» член правления московского грузинского землячества Давид Бериташвили. Но в подробности он не стал вдаваться. Большинство грузин, с которыми переговорил корреспондент «НИ», также не захотели говорить о том, как с ними обращались в приемниках. «У нас в России еще родственники есть, они находятся в этих приемниках, и мы боимся, что это им повредит», – объясняли грузины свое молчание.

Лично посмотреть на то, в каких условиях содержатся мигранты, корреспонденту «НИ» не удалось. «Отправляйте нам запрос на пропуск», – сказали «НИ» в ГУВД Москвы. Но после предложили подождать, пока запрос будет согласован с руководством, добавив, что это вряд ли получится в ближайшее время. После смерти грузинки Мананы Джабелия в изолятор не пустили даже консула Грузии. Он так и не смог расспросить сокамерниц Мананы, видевших, как умирала женщина, о случившемся.

«Я была в приемнике всего один раз, – рассказала «НИ» член правозащитного центра «Мемориал» Светлана Ганнушкина. – Но мне этого хватило. Люди сидели в ужасных условиях. Главная проблема была в том, что после того, как приемники переполнились мигрантами из Грузии, стало не хватать на всех еды. Ведь ее дают не порционно, а на всех. Об этом нам не раз говорили задержанные, которые находились в изоляторе еще задолго до антигрузинской кампании».

О проблеме с едой «НИ» сообщил и Давид Бериташвили: «В первые дни массовых задержаний грузин заключенные сидели голодными. От родственников передачи не принимались, а в приемниках провизии на всех не хватило. Сейчас ситуация более или менее нормализовалась».

В пресс-службе ГУВД Москвы опровергают информацию о перебоях с питанием. «Обеды для заключенных готовит специальная фирма, порции приличные и питательные, – рассказал «НИ» Владимир Коробков. – Кроме того, сотрудники к задержанным относятся очень внимательно. Камеры не переполнены, у каждого есть свое спальное место. По приемникам ездил уполномоченный по правам человека, и даже у него не возникло никаких претензий к содержанию. В любом случае это же не санаторий, а камера».

Зато серьезные претензии к изоляторам для мигрантов есть у консула Грузии Зураба Патарадзе. Правда, не к московским, а к питерским. «В Санкт-Петербурге приемники в очень плохом состоянии, они не соответствуют никаким нормам. Там очень тяжелые условия, – сказал «НИ» Зураб Патарадзе. – Все здания старые, их нужно заново строить. Но большие претензии мы адресуем, конечно, к сотрудникам правоохранительных органов, которые сопровождают грузинских граждан. Нам известно, что по пути в аэропорт Домодедово из Санкт-Петербурга к депортированным применяли электрошок. В этой группе ехал Тенгиз Тогонидзе, позже скончавшийся в аэропорту».

По словам Зураба Патарадзе, основная часть грузинских граждан уже выдворена из России, и поэтому антигрузинская кампания идет на спад. «От такого отношения к нам сотрудников милиции, от последующего притеснения в приемниках, конечно, хочется бежать на родину, – сказал «НИ» председатель грузинского молодежного движения «Лазарэ» Джонни Кварацхелия. – Но как мы можем оставить здесь семью? У некоторых ведь давно русские жены. Поэтому мы вынуждены тут оставаться и испытывать давление со стороны властей».

«ТАКОЕ ТРУДНО ЗАБЫТЬ И ПРОСТИТЬ» Грузия до сих пор готовит иск против России, который будет подан в Страсбургский суд по правам человека. Компромат на Москву в Тбилиси собирается уже второй месяц. Основой для заявления послужат свидетельские показания и другие документы, подготовленные парламентской временной следственной комиссией по делам депортированных из России граждан Грузии, а также чиновниками Министерства юстиции страны. Готовность Минюста Грузии защищать права своих граждан подтвердил журналистам министр юстиции Гия Кавтарадзе. Картину допущенных нарушений дополняют материалы, представленные аппаратом омбудсмена Грузии и неправительственными организациями, куда также обратились выдворенные из России грузинские граждане. О своих злоключениях депортированные рассказывали парламентариям. Слушания по просьбе пострадавших были закрытыми. Однако после заседаний депутаты охотно делились своими оценками с прессой. В частности, председатель комиссии Ника Гварамия признался, что «такое трудно забыть и простить». Депутат парламента Грузии Гия Тортладзе в интервью «НИ» сообщил, что вскоре комиссия должна завершить свою работу и вынести политическую оценку произошедшему. Судя по всему, оценка эта будет очень жесткой. Столь же строгим будет, видимо, и исковое заявление, которое готовит грузинский минюст. Ирина БАРАМИДЗЕ, Тбилиси