Главная / Газета 12 Декабря 2006 г. 00:00 / Происшествия

«Нас заперли, как в капкане»

Пациентка сгоревшей больницы №17 рассказала «НИ» о том, как она выбралась из огненного плена

АЛЕКСЕЙ ОЛЬШАНСКИЙ, АНДРЕЙ ПАНКОВ

Вчера число жертв субботнего пожара в московской наркологической больнице № 17 выросло и составило 46 человек. В Институте им. Склифосовского скончалась 25-летняя Елена Белякова. У нее был ожог 90% тела. Сейчас в больницах остаются восемь пострадавших. «Новые Известия» поговорили с пациенткой сгоревшей клиники Марией Искусных. По ее словам, вечером перед трагедией медсестра закрыла решетки на всех окнах, превратив таким образом больницу в капкан.

Решетки на окнах стали для пациентов 17-й больницы непреодолимым препятствием.<br>Фото: AP. MIKHAIL METZEL
Решетки на окнах стали для пациентов 17-й больницы непреодолимым препятствием.
Фото: AP. MIKHAIL METZEL
shadow
Вчера Генпрокуратура России объявила о том, что уже опознаны все погибшие во время пожара в наркологической клинике № 17. Их тела выданы родственникам для захоронения. Вчера также стали известны имена пострадавших. Несколько женщин с травмами различной степени тяжести находятся сегодня в НИИ скорой помощи им. Склифосовского, в ГКБ № 1 и № 33.

42-летняя Мария Искусных согласилась рассказать «НИ» о пожаре. Ее палата в наркологической больнице находилась как раз на злополучном втором этаже отделения, где и возник пожар.

«Персонал больницы зарешечивал окна для того, чтобы никто не смог передать наркотики женщинам через окно, – вспоминает Мария Искусных. – Но в моей палате окно всегда было открыто, лишь вечером накануне пожара медсестра закрыла решетку. Я попыталась ей объяснить, что лежу в больнице с 15 ноября, и за это время не была замечена с наркотиками. Но сестра закрыла решетку на ключ и ушла». Тем же вечером решетки наглухо закрыли и у других пациентов, невольно превратив больницу в капкан.

Версию о поджоге в клинике Мария тотчас отвергла. Пожар, по ее мнению, возник из-за недосмотра медработников. «В надзорной палате постоянно должна сидеть медсестра, – рассказывает Мария. – А ее почему-то не было, и поздно вечером по коридору расхаживали «обколотые» наркоманки, которые только накануне поступили к нам в клинику. Они запросто могли уронить зажженную сигарету. Им всегда охота курить, а курить разрешено только в туалете в дальнем конце коридора. Никакого присмотра не было, все медсестры в одиннадцать вечера отправились спать».

Когда начался пожар, входная дверь в больничный корпус была закрыта. «Я проснулась от громких криков наших девчонок: «Пожар! Горим!», – делится с «НИ» Мария. – В комнате стоял густой едкий дым от плавящегося пластика. Я начала ломать решетку с двумя замками, но у меня ничего не получилось. Тогда я попробовала дотянуться до стекла и выбить, но не смогла».

От неминуемой смерти женщину спасли вода и полотенце. «Я облила полотенце питьевой водой из бутылок, потом облилась сама, через мокрое полотенце дышать было намного легче, – продолжает Мария. – Дверь в палату была открыта, но куда я могла бежать, если весь коридор охвачен дымом? Горело, видимо, в кухне, так как треск стоял сильный, наверное, от горящей деревянной мебели».

Уже через несколько минут Мария оказалась в полуобморочном состоянии. «Помню, что очень долго не было пожарных, минут двадцать, – говорит женщина. – Последнее воспоминание до того, как я потеряла сознание, – стук поднимаемой пожарной лестницы». Как пожарные выносили ее из горящего здания, женщина не помнит. Мария пришла в себя уже на улице. «Очнулась я на земле, – вспоминает Мария. – Оглянулась, а кругом лежат трупы. Много «скорых» и машин МЧС. Ко мне врач подбегает и кричит: «Вот, живая лежит!», щупает мне пульс, надевает кислородную маску. После этого меня повезли в больницу».

Вчера днем в НИИ скорой помощи имени Склифосовского от многочисленных ожогов скончалась еще одна пострадавшая, 25-летняя Елена Белякова. «Лену Белякову я знала лично, у нее ожог был на 90% кожи, – добавляет Мария. – Хорошая девочка была, молодая совсем...». Ближе к концу нашего разговора Марии принесли обед. Овощной суп, рис, два куска черного хлеба и помидоры. На чайнике, из которого женщине налили компот, крупными буквами было написано: «Ожог».

Тем временем прокуратура Москвы пытается выяснить, что стало причиной возгорания. «Пока еще рано говорить о причинах трагедии, – сообщил «НИ» представитель следственной бригады. – Мы только начали собирать все необходимые документы и уже назначили ряд экспертиз. В первую очередь мы намерены установить точные причины смерти погибших, а также тяжесть вреда, причиненного здоровью остальных. От этого будет зависить квалификация обвинения. Параллельно мы назначаем необходимые экспертизы, проводим допросы свидетелей и должностных лиц. Никаких проблем с получением необходимых документов и данных мы пока не испытываем. Что касается возможных сроков следствия, то они напрямую зависят от сроков проведения экспертиз. Самая сложная и долгая из экспертиз – пожаротехническая. Могу лишь сказать, что объем экспертиз в этом деле будет меньше, чем, например, по пожару в РУДН (тогда за 1,5 года было проведено 150 экспертиз. – «НИ»). Тем не менее я предполагаю, что результаты экспертиз будут известны не ранее чем через восемь месяцев».


ВО ВРЕМЯ ТУШЕНИЯ ЛЕДОВОГО ДВОРЦА ПОГИБ ПОЖАРНЫЙ

Подвальные помещения ледового дворца спорта «Кристалл» – крупнейшего закрытого спортивного сооружение области с искусственным ледовым покрытием – загорелись в воскресенье днем. По предварительной версии причиной пожара стала неисправная электропроводка. В это время в здании находились более двухсот человек. Прибывшим пожарным расчетам потребовалось всего несколько минут, чтобы эвакуировать людей. Никто из посетителей дворца не пострадал. В тушении принимали участие десять единиц спецтехники, но локализовать очаг возгорания удалось не сразу. Ситуация осложнялась тем, что в горящих раздевалках находилось много резиновых ковриков и других предметов, выделяющих токсичные вещества. Из-за сильного задымления подобраться близко к огню было практически невозможно. Сбить пламя удалось лишь после того, как специалисты МЧС ломами вскрыли бетонное половое покрытие первого этажа. Первым к огню со своим расчетом прорвался начальник караула 4-й пожарной части 34-летний Алексей Цепцура. Пожарные буквально попали в ад, настолько сильным был жар в маленьком помещении. Как сообщили «Новым Известиям» в пресс-службе ГУ МЧС по Саратовской области, Алексей Цепцура получил ожоги дыхательных путей и скончался в реанимации вечером того же дня.

Константин ФОМИЧЕВ, Саратов

Опубликовано в номере «НИ» от 12 декабря 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: