Главная / Газета 8 Ноября 2006 г. 00:00 / Происшествия

«Ни воздуха свежего, ни света белого!»

Ревизоры из Москвы проверили пермскую колонию №12, но не заметили произвол и нищету в остальных тюрьмах края

АЛСУ ЮСУПОВА, АНАСТАСИЯ ХРУСТАЛЬНАЯ, Пермь

В конце минувшей недели комиссия Министерства юстиции России завершила ревизию в колонии № 12 в Пермском крае, начатую по жалобе, прозвучавшей в ходе недавней прямой линии с президентом России. Ревизоры уже благополучно вернулись в Москву. Материалы проверки ушли в прокуратуру для возбуждения уголовного дела. Но пока высокая комиссия из Москвы «потрошила» колонию № 12, в прочих пенитенциарных учреждениям края все шло своим чередом. Вот каково положение, к примеру, в одной из тюрем региона – в СИЗО Краснокамского района…

Комиссия из Москвы уехала восвояси, и в местах лишения свободы все вернулось на круги своя.<br>Фото: ДМИТРИЙ ХРУПОВ
Комиссия из Москвы уехала восвояси, и в местах лишения свободы все вернулось на круги своя.
Фото: ДМИТРИЙ ХРУПОВ
shadow
Стальная дверь. Решетка. Крутая лестница вниз – в подвал. Стены в глубоких трещинах, краска на них стерлась до такой степени, что не разобрать, какого цвета они были когда-то.

«Это что, вот у нас в том году дверь одной из камер отпала – петли сгнили, – говорит хозяин этих «хором», начальник изолятора временного содержания ОВД Краснокамского муниципального района Алексей Спичкин. – Здание отдела построено в 1971 году, с тех пор здесь капитального ремонта не было».

Входим внутрь. Узкие коридоры, потолок буквально давит на голову. «Это наш пищеблок, – показывает Алексей Викторович на угол подвала с давно отслужившими свое столами и кое-как залатанным полом. – А здесь туалет. Сами видите, от пищеблока до туалета всего пара шагов». Изолятор находится ниже уровня канализации, поэтому очень сложно соблюдать санитарные нормы.

Камеры. Сегодня здесь, можно сказать, просторно: помещено чуть больше 30 человек. Количество квадратных метров на одного арестанта приближается к европейским стандартам. В худшие времена число обитателей камер зашкаливает за сотню, среднестатистический показатель – 47 человек.

«О, журналисты! Расскажите, как мы здесь живем! – слышен голос из-за решетки. – Ни воздуха свежего, ни света белого!»

В камере действительно душно, несмотря на надсадно работающую вентиляцию. Окон, естественно, нет – это же подвал. Сплошные деревянные нары, разномастное постельное белье только у тех, кому родственники принесли. Матрацы и подушки здесь тоже не выдают, как и другие вещи первой необходимости. На газетке, прямо на полу, стоит посуда. Видимо, это «стол».

Напоследок нам показывают «кабинет» фельдшера: огороженный угол подвала, куда входят только стол, кресло и несколько полок. Ни кушетки, ни шкафчика с лекарствами, ни хотя бы мало-мальского медицинского оборудования...

«За 7 месяцев этого года, – рассказывает Алексей Спичкин, – мы получили на медикаменты 1800 рублей. Это мизер, если учесть, какой контингент в основном к нам попадает, – люди, ведущие асоциальный образ жизни, соответственно имеющие целый «букет» различных заболеваний. Да и условия содержания здоровью не способствуют».

Краснокамский изолятор временного содержания – один из худших в Пермском крае. Далеко не везде ситуация столь плачевна. Однако из 44 ИВС на сегодняшний день только два приближаются к современным требованиям – в Куеде и Оханске. Еще один – в Кишерти – скоро будет сдан в эксплуатацию.

«Основная проблема в том, что изоляторы строились давным-давно, как и здания ОВД, – говорит начальник отдела организации деятельности спецучреждений милиции и конвоирования ГУВД Пермского края Сергей Калинин. – В то время не было таких жестких требований по соблюдению прав человека. Изоляторы строили в подвальных, полуподвальных помещениях – где место было. Главное, чтобы жулики сбежать не могли».

Сегодня приоритеты изменились – на первый план наряду с условиями жесткой изоляции выходит соблюдение прав человека. Теперь в каждом ИВС должен быть прогулочный дворик, в камерах – солнечный свет и отдельные спальные места, а не сплошные нары. Радиоточки, розетки, умывальник, комнаты для свиданий, постельные принадлежности и минимум 4 квадратных метра на человека.

«Мы постоянно ставим вопросы о необходимости реконструкции изоляторов на всех уровнях, начиная от регионального и заканчивая российским, – продолжает Сергей Николаевич. – Серьезно озабочена положением дел администрация края. В рамках соглашения о сотрудничестве между уполномоченным по правам человека в Пермской области и начальником ГУВД края не единожды проводились совместные выезды в Березниковский, Краснокамский, Нытвенский, Добрянский и другие изоляторы временного содержания. Сегодня мы открыты для общественного контроля, частые гости в наших учреждениях сотрудники Пермского регионального правозащитного центра. Но для кардинального изменения ситуации необходимы значительные средства, по нашим подсчетам, около полумиллиарда рублей.

Еще в 1995 году правительство России поставило задачу привести ИВС в соответствие с европейскими стандартами. Однако ни тогда, ни сейчас никто так и не решил важнейший вопрос: за счет каких средств? По закону финансирование ИВС происходит исключительно из средств федерального бюджета. Москва же раскошеливаться не спешит – до нынешнего года денег хватало только на зарплату сотрудников да на питание задержанных.


«ДОЛЖНОСТНЫЕ ЛИЦА УПИВАЮТСЯ ВЛАСТЬЮ НАД ЛЮДЬМИ»

Как признал директор департамента Минюста Юрий Яковлев, проверявший обстановку в пермской колонии № 12, «для демонстрации силы и власти сотрудники колонии избивали заключенных в штрафных изоляторах». «Осужденные заявляют, что сотрудники колонии использовали спецсредства, в том числе дубинки», – сообщил г-н Яковлев перед возвращением в Москву. – Всего, по его словам, о побоях рассказали восемь заключенных. Но такие случаи нельзя назвать массовыми.

«Отдельные должностные лица упиваются властью над людьми, – признал Юрий Яковлев. – Они стремятся к унижению слабого, к унижению тех людей, которые не могут им ничем ответить».

В двенадцатой колонии 2530 осужденных, средний возраст – 45 лет. 8 человек письменно заявили о том, что подвергались унижению, избиению в штрафных помещениях колонии. Помимо традиционного штрафного изолятора (ШИЗО), в колонии есть помещения камерного типа и отряд со строгим условием содержания. Жалобы, как выразился Юрий Яковлев, «посыпались градом» от осужденных из помещений камерного типа.

Итоговые материалы на 62 страницах отправлены в Генпрокуратуру для возбуждения уголовных дел против работников колонии. Ожидается приказ руководства ФСИН России, согласно которому некоторые чиновники подвергнутся дисциплинарной ответственности.

«Сегодня разговаривал с осужденными, – заявил Юрий Яковлев, – у них дух поднялся, они довольны улучшением условий, повышением температуры в камерах. В редко какой колонии можно увидеть, чтобы заключенные были так добротно одеты. В каждом отряде есть телевизор. Спокойствие. Чистые простыни. В целом внешнее впечатление неплохое, несмотря на то, что осужденные живут в деревянных бараках...»


«ЧЕРНЫЙ» СПИСОК ИВС ПЕРМСКОГО КРАЯ – ПО ДАННЫМ ПЕРМСКОГО РЕГИОНАЛЬНОГО ПРАВОЗАЩИТНОГО ЦЕНТРА

1. Березниковский ИВС. Не отвечает никаким требованиям, не имеет прогулочного двора, дезкамеры. Рассчитан на 50 человек, ежедневно принимает больше ста.
2. Краснокамский ИВС. Не имеет прогулочного двора, санпропускника. Постоянно переполнен.
3. Нытвенский ИВС. Расположен в старинном доме, построенном до 1917 года, с деревянными лестницами. В 2 раза превышен лимит по наполняемости.
4. Лысьвенский ИВС. Рассчитан на 30 человек, в среднем ежедневно принимает 73 человека.
5. Кунгурский ИВС. Находится в старинном доме, памятнике архитектуры. Нет прогулочного двора, санпропускника. Переполнен.

Опубликовано в номере «НИ» от 8 ноября 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: