Главная / Газета 7 Сентября 2006 г. 00:00 / Происшествия

Костры Кондопоги

Хотя обстановку в городе контролирует ОМОН, напряжение сохраняется

ЛЮДМИЛА НАЗДРАЧЕВА, ЕКАТЕРИНА ШВЕДОВА, Кондопога

Вчера в карельском городке Кондопога вновь зажигали – на этот раз спортивную школу. Но после выяснилось, что свежее возгорание никак не связано с беспорядками: в поджоге подозревают двух женщин-бродяг, которые, подвыпив, пытались ночью согреться. Однако общее напряжение, как убедились репортеры «НИ», не развеивается. Хотя комендантский час официально не объявлен, по улицам ходят омоновцы и солдаты внутренних войск, которые просят молодежь не выходить из дома по ночам. Всего в 35-тысячной Кондопоге сосредоточено около 600 милиционеров и военных.

Главная беда города – это безработные «дембеля».<br>Фото: ИТАР-ТАСС. ВЛАДИМИР ЛАРИОНОВ
Главная беда города – это безработные «дембеля».
Фото: ИТАР-ТАСС. ВЛАДИМИР ЛАРИОНОВ
shadow
На центральной улице – Пролетарской, где в минувшую субботу громили ларьки и сожгли ресторан «Чайка», – сейчас довольно тихо. Люди, как обычно, спешат на работу или домой. О недавнем погроме напоминают только разрушенные ларьки, множество людей в камуфляже и подавленное настроение горожан.

«До сих пор не могу успокоиться, все внутри трясется, боюсь, что кавказцы сейчас нам кровную месть устроят, повторение Беслана, – говорит «НИ» продавщица маленького магазина Анна. – Я вчера своего 14-летнего сына гулять не пустила, поругалась с ним. Да какой там гулять, когда в школу боишься отпускать! На власти нет никакой надежды. Если кавказцы могут на русских нападать, значит, им это глава района позволял, который занимает свою должность уже лет восемь. Он вообще не вышел к народу, когда митинг был, говорят, что он в отпуске, а теперь в отставку собирается. А выбранный в марте на новую должность главы Павченков еще не успел себя зарекомендовать».

В магазине, где работает Анна, полки со спиртными напитками занавешены газетками. Власти рекомендуют предпринимателям пока не продавать крепкие напитки и ограничиться сбытом пива, чтобы лишний раз не поднимать градусами пылкий нрав молодежного национализма.

Омоновцы не покидают скверик у школы на Пролетарской улице, там, где обычно по вечерам кучковалась молодежь. Несмотря на множество патрулей вокруг, молодые компашки и сейчас тут заметны. Правда, после 23 часов силовики настоятельно попросят всех разойтись. Мы подходим к толпе. Выясняется, что перед нами в основном школьники или ребята постарше – те, кто не уехал учиться в Петрозаводск или Петербург (в самой Кондопоге никогда не было вузов). Заглядывают в скверик и вчерашние дембеля. Кстати, как рассказал нам один из городских милиционеров, жгли и громили палатки в основном бывшие солдаты – те, кто еще не устроился на работу. Вообще безработица в молодежных рядах в Кондопоге – это одна из самых острых бед.

В разговорах этой группировки явно звучит ксенофобская струнка. «Надо было сразу бить их, пока горячо! – говорит для «НИ» 16-летний Андрей. – А теперь они могут поодиночке нас выдергивать». Установить в городе комендантский час ни юридически, ни практически невозможно. Большая часть кондопожцев трудится на здешнем крупном целлюлозно-бумажном комбинате, работающем в три смены. Поэтому местные жители после 23.00 все равно вынуждены выходить из домов. А большая часть кондопожцев занимается торговлей. Именно поэтому местных так возмущало, что переселенцы занимают торговые ряды на единственном в городе рынке. Сейчас рынок закрыт. Рядом открыто несколько продуктовых палаток, где за деревянными прилавками стоят женщины славянской внешности. «Кавказцы занимали большую часть рынка, но после погромов все выехали из города, – рассказывает «НИ» коренная жительница Кондопоги Алла Сизова. – Предприниматели говорят, что на рынке без блата выбить торговые места было невозможно, а кавказцы и деньги находили, и знали, кому заплатить, поэтому все местные так возмущались».

На кондопожском рынке кавказцы появились в середине 90-х. Переселенцы приезжали к своим родственникам, которые прибыли в Кондопогу еще раньше – в 70-е годы. Кондопога всегда был небольшим, но многонациональным городом. Среди 36 тысяч жителей уже тогда можно было встретить и русских, и карелов, и финнов, и представителей кавказских народов.

В магазине «Гермес», принадлежащем выходцу из Чечни, нам встретился 30-летний Руслан, житель Кондопоги, который вместе с семьей решил остаться в городе. «Я чеченец – и что, теперь должен уезжать из города?! – жалуется «НИ» Руслан. – Я работаю на целлюлозном заводе, у меня русская жена и дети здесь родились. Неужели я должен все бросить только потому, что среди чеченцев нашлись не очень хорошие люди, так же как и среди русских?!»

Тем временем решением подобных вопросов пытаются заниматься силовики и чиновники, собравшиеся в штабе при ГУВД. «Мы сейчас пытаемся трудоустроить местную молодежь, которая участвовала в погромах, – говорит «НИ» сотрудник пресс-службы правительства Карелии Иван Степанов, приехавший сюда из Петрозаводска для работы в штабе. – Также думаем, что делать с рынком. Но в любом случае теперь места там будут равнодоступны для всех. Задержанные по подозрению в убийстве пятеро представителей Кавказа, трех из которых выдала чеченская диаспора, находятся под стражей. А порядка 25 местных жителей за организацию массовых беспорядков находятся под административным арестом. Подобного конфликта мы больше не допустим».

Опубликовано в номере «НИ» от 7 сентября 2006 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: