Главная / Газета 31 Октября 2005 г. 00:00 / Происшествия

«Мы не привыкли бояться»

ИРИНА ВЛАСОВА

Сын сотрудника «Новых Известий» Саида Бицоева Дени и его друг Артем Мартиросян, которых неделю назад избили и буквально изрезали ножами около «Рамстора» на Фрунзенской набережной, идут на поправку. Ребят уже перевели в обычную палату, они приходят в себя после тяжелых операций и вновь вспоминают, что произошло с ними вечером 22 октября. Артем и Дени говорить пока могут с трудом и только шепотом, от долгих бесед быстро устают – у них в легких установлены дренажи. Родители обоих мальчиков стараются не беспокоить их разговорами о нападении, но Артем и Дени сами начинают говорить об этом. Друзья уверены, что напали на них те, кому не нравятся люди с неславянскими лицами. В больнице ребят навестила корреспондент «НИ» Ирина ВЛАСОВА.

– Вы помните, как все произошло?

Артем Мартиросян: Около 9 часов вечера мы выходили из интернет-клуба. Решили идти короткой дорогой к метро. Почему-то выбрали именно этот путь, хотя если бы вышли с другой стороны торгового центра, ничего бы не случилось. От «Рамстора» мы отошли метров сто, когда в мою сторону направился молодой парень в обычной стеганой куртке и шапке, надвинутой на лоб. Он спокойно подошел, как будто что-то спросить, а когда мы поравнялись, со всей силы ударил меня по лицу рукояткой ножа.

Дени Бицоев: Я увидел, что Артем согнулся от боли и побежал к нему. В это время откуда-то появились человек 18 здоровых парней, одетых одинаково: спортивные куртки, толстовки. Хотя на улице было относительно тепло, все они были в шапках, надвинутых на глаза. Бить стали сразу ножом. Я думал, Артема кулаком ударили, а потом заметил, что он весь в крови.

– Нападавшие что-то говорили вам, кричали?

Д.Б.: Нет, вообще ничего. Все происходило в полной тишине. Мы старались кричать, потому что поняли, что нас убивают. В темном переулке появились какие-то прохожие, но они, наверное, побоялись вмешиваться.

– Самим отбиться было невозможно?

А.М.: Нет. Толпа нападавших тут же разделилась на две кучки. Одни занялись мной, другие – Дени. Били так, как будто всю жизнь только этим и занимались. Меня повалили на землю сразу и начали колотить тяжелыми ботинками, бить ножом.

Удары попадали в основном в спину, потому что живот я закрывал руками. Но целились как раз в жизненно важные органы.

Д.Б.: Я старался во что бы то ни стало удержаться на ногах, потому что понимал – если упаду, меня до смерти забьют ботинками с коваными мысами. Мне ставили подножку, но я снова поднимался, хватаясь за чью-то ногу. Били в спину и в грудь, я старался увернуться. У них не только ножи были. Они пользовались заточками. У нас с Артемом многие раны – колотые. Такие могут остаться только после удара предметом, заточенным со всех сторон. Все произошло так быстро, что я даже не сразу понял, что весь изрезан. Из-за шока я не чувствовал боли, не чувствовал, как нож проникает в тело, а только слышал, как рвется куртка. Когда мы уже не могли сопротивляться и только катались по асфальту, толпа ринулась бежать. Пробегая мимо меня, один из них попытался ударить меня в живот, потому что я лежал на спине, меня можно было легко «добить». Но мне удалось повернуться на бок, и все обошлось.

– Неужели вам не помог никто из прохожих?

А.М.: В итоге помогли. Но до этого нам пришлось буквально ползти обратно к «Рамстору», в людное место. Я не мог встать и полз, а Дени все-таки поднялся на ноги.

Д.Б.: Да, только у меня рука онемела из-за ножевого ранения в плечо. Мы дошли до «Рамстора», там к нам подбежали люди, помогли сесть на бордюр. Артем даже сидеть не мог, а устроился рядом как-то полулежа и положил голову мне на колени. В это время мне позвонила тетя, я ей рассказал, что случилось, она тут же сообщила отцу, и он приехал в считанные минуты, повез нас в больницу.

А.М.: «Скорую» вызывать не стали, потому что медлить было нельзя. Пока я ехал в машине, мне казалось, что я не продержусь. Я смотрел, как моя белая рубашка постепенно становится красной от крови. Это очень страшно. Когда подъехали к больнице, я почти потерял сознание. Темнело в глазах, и было очень холодно.

– В больнице вас сразу приняли?

Д.Б: Врачам хочется сказать отдельное спасибо. В эту больницу, видимо, редко привозят тяжелых пациентов, которым нужна срочная операция, а тут мы! Все пребывали в каком-то расслабленном состоянии, но быстро сориентировались, молодцы. Артема с 17 глубокими ножевыми ранениями сразу же повезли в реанимацию, потом занялись мной. У меня насчитали 15 ран, и все вроде бы поверхностные. Что-то зашили, потом повели в душевую чистить, и там я начал терять сознание. Меня посмотрели на рентгене, оказалось, что задеты легкое и толстая кишка. Понадобилась операция.

– После операции быстро пришли в себя?

А.М.: Да, сейчас нормально себя чувствуем, только спать неудобно из-за трубки в легких. Приходится все время в одном положении лежать. Ну и устаем быстро. Нам обоим сделали переливание крови. Мне – 4 литра, а Дени – литр. После этого тоже в себя надо прийти.

– Дени, ты учишься на первом курсе института. Артем, ты – в одиннадцатом классе школы. Вам обоим, наверное, придется потратить время на лечение и об учебе на время забыть?

Д.Б.: Да, много времени потеряем, но, надеемся, что на учебе это не очень отразится. Врачи сказали, еще недельку-другую в больнице, а потом можно будет домой отправляться. Но чтобы раны затянулись полностью и восстановились силы организма, должно пройти еще месяца 4.

– С вами уже работали следователи?

Д.Б.: Нет, из прокуратуры к нам пока никого не пускают. Нам только передавали фотографии подозреваемых. Но это точно не они. На снимках взрослые люди, а нас избили молодые лет по 20–22.

– А сами-то вы что думаете?

А.М.: Что на нас напали из-за того, что мы не славянской внешности. Никого из нападавших мы не знаем. Было трудно что-либо разглядеть в темноте, но фигуры тех парней мы запомнили. Совершенно точно, мы видели их первый раз в жизни.

Д.Б.: Вообще интернет-клуб в «Рамсторе» – хорошее место. Наша компания его облюбовала, мы часто туда ходили по вечерам после занятий. Последнее время там собиралось много таких, как мы, неславянских, кавказской национальности, как говорят. Одновременно стали появляться какие-то парни в тяжелых ботинках, лысые. Что-то высматривали, вынюхивали. За несколько дней до нападения заметили огромного лысого парня с татуировкой через всю шею. А прямо в день нападения камера видеонаблюдения зафиксировала, как какой-то человек подошел к входу в «Рамстор», увидел, что идем мы с Артемом, и рванул назад, чтобы предупредить своих, наверное.

– Вам и вашим родителям столько пришлось пережить! Как теперь будете по улицам ходить?

Д.Б.: Как и раньше. Конечно, будем осторожнее, постараемся не собираться большими компаниями, подолгу сидеть где-то. Но оглядываться на каждый шорох не будем. Мы не привыкли бояться.

«Новые Известия» будут самым пристальным образом следить за ходом следствия. Мы также убедительно просим всех, кто стал свидетелем нападения на ребят, обратиться в редакцию (тел. 783-06-37, e-mail: terehov@newnews.ru).

Вам гарантируется полная конфиденциальность.



Жизни сына сотрудника «НИ» и его друга, ставших жертвами вооруженного нападения, ничего не угрожает

Опубликовано в номере «НИ» от 31 октября 2005 г.


Актуально


Регионы


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: