Вне игры

Вчера официальные представители Генеральной прокуратуры РФ подтвердили появившуюся несколько дней назад информацию об аресте одного из самых крупных российских футбольных функционеров – Татевоса Суринова. Гендиректор Российской футбольной премьер-лиги (РФПЛ) обвиняется в совершении мошенничества в особо крупном размере. Правда, к спортивному бизнесу это дело никакого отношения не имеет.

Слухи об аресте Татевоса Суринова в спортивных и деловых кругах Москвы курсировали уже несколько дней. Никакой официальной информации правоохранительные органы не давали, а представители РФПЛ избрали тактику глухой информационной обороны. Пресс-секретарь Суринова Георгий Черданцев заявил «Новым Известиям» в понедельник, что «Татевоса Суринова никто не арестовывал, с ним все в порядке, он сейчас приболел и по этой причине не может самостоятельно подтвердить или опровергнуть информацию об аресте». Самое удивительное, что и вчера, после того, как Генпрокуратура официально подтвердила факт ареста Суринова, Черданцев продолжал упрямо повторять версию о постигшем его шефа недуге.

В сообщении Генпрокуратуры ничего не говорится об обстоятельствах уголовного дела, в рамках которого был арестован Суринов, но, скорее всего, они никак не связаны с его работой в РФПЛ. До того, как стать спортивным функционером, Суринов успел побывать гендиректором научно-производственного центра «Универсал», президентом совета директоров ФПГ «Российский авиационный консорциум», кандидатом в депутаты Госдумы и одним из руководителей авиакомпании «Внуковские авиалинии».

По некоторым данным, на этот раз следователей заинтересовала коммерческая сделка шестилетней давности на территории Республики Татарстан (РТ), в которой якобы фигурировали подконтрольные Суринову фирмы. В 1998 году руководство РТ закупило для нужд аэропорта Казани специальное навигационное оборудование фирмы «Томсон». Сумма сделки составила 30 млн. долларов, плюс таможенные платежи в размере 4 млн. долларов. В бюджете Татарстана этих денег найти не удалось, и тогда оборудование было продано за те же 4 млн. долларов «Российскому авиационному консорциуму», а он в свою очередь продал его за 10 млн. долларов. Видимо, следователи посчитали, что сделка была сомнительной и не слишком законной.