Главная / Газета 20 Ноября 2003 г. 00:00 / Происшествия

«Висит – значит повесился»?

Следствию выгоднее признать офицера самоубийцей, чем расследовать причины его гибели

Алексей ТЕРЕХОВ

Вчера военная прокуратура Республики Северная Осетия – Алания (РСО-А) возбудила уголовное дело по факту гибели старшего лейтенанта 58-й армии Ильи Петрова. Все обстоятельства смерти указывают на то, что офицера убили. Однако основной и самой выгодной для прокуратуры и военных версией стал суицид.

Во вторник утром на берегу Терека, недалеко от штаба 58-й армии, был обнаружен труп старшего лейтенанта Ильи Петрова, повешенного на ветке дерева. Хотя следствие только началось и еще не подведены итоги судебно-медицинской экспертизы, правоохранительные органы Северной Осетии спешно распространили информацию о том, что Илья Петров покончил жизнь самоубийством. Один из работников военной прокуратуры прямо заявил корреспонденту «Новых Известий»: «Висит – значит повесился».

Милиционеры утверждают, что ничего не знают о деталях происшествия, но при этом не скупятся на комментарии. «Конечно, повесился, а чего думать-то. От такой жизни повесишься. Я бы сам жизнь самоубийством покончил, – сказал «НИ» офицер среднего звена Министерства внутренних дел РСО-А. – Зарплату не платят, жить негде, условия просто нечеловеческие. Мне вот только интересно, почему журналисты засуетились. У нас тут милиционеры каждый день бастуют, компенсаций добиваются, а всем по фигу».

Первый заместитель прокурора Северной Осетии Александр Панов заявил, что ни о каком убийстве старшего лейтенанта ему неизвестно. «Мне доложили только об одном убийстве, и то не во Владикавказе. А самоубийством старшего лейтенанта занимаются военные».

Следователь республиканской военной прокуратуры Северной Осетии сообщил «НИ», что по факту гибели Ильи Петрова возбуждено уголовное дело. И по-военному отрезал: «Я говорить об этом деле ничего не буду». И действительно, он не ответил ни на один вопрос.

Наиболее полный комментарий удалось получить только у заместителя командующего 58-й армией по воспитательной работе Юрия Масанина.

«Я лично проводил административное расследование. Все факты указывают на то, что Илью убили, а затем инсценировали самоубийство, – рассказал «НИ» Юрий Масанин. – Сразу бросилось в глаза, что у него на голове была фуражка. Когда человек сам вешается, у него происходят судороги. Если бы старлей покончил жизнь самоубийством, то вряд ли он полез в петлю с фуражкой и уж тем более не смог бы ее надеть, когда петля на шее затянулась. На брюках и под ногтями остались следы крови. Кроме того, трава перед деревом была примята так, как будто его кто-то тащил. Скорее всего, его сначала убили, а потом повесили».

В пользу версии об убийстве говорит и тот факт, что у Ильи не обнаружили ни денег, которые он недавно получил от родителей, ни документов. Илью Петрова призвали на военную службу совсем недавно – два месяца назад. Он закончил военную кафедру Новосибирского государственного технического университета, и его направили служить во Владикавказ. По мнению Масанина, новоиспеченный офицер просто мог не знать здешних нравов и ввязался в какой-нибудь конфликт.

Жилья ему не предоставили, так что Илья со своим товарищем снимал квартиру в частном секторе, в одном из самых неспокойных районов Владикавказа. «У нас часто офицеров грабят прямо на улице, – говорит Юрий Масанин. – Самоубийство Ильи Петрова могли инсценировать и солдаты. Но это одна из маловероятных версий. Основная – убийство с целью ограбления».

Дело осложняется тем, что и военным, и гражданским следователям выгодно признать Илью Петрова самоубийцей. Тогда все возбужденные уголовные дела будут закрыты, и у прокуратуры станет одной головной болью меньше.


Опубликовано в номере «НИ» от 20 ноября 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: