Главная / Газета 3 Сентября 2003 г. 00:00 / Происшествия

Поминальная молитва

Родственников моряков с К-159 отвезут к месту гибели лодки

Анастасия АНДРЕЕВА
Максим Цибульский – единственный из экипажа К -159, кому удалось выжить
Максим Цибульский – единственный из экипажа К -159, кому удалось выжить
shadow
Вчера два спасательных судна и вертолеты продолжили поиск тел семи членов экипажа затонувшей в Баренцевом море подлодки К-159. Безрезультатно. Тем временем из Мурманска в Североморск на вертолетах доставляют родственников моряков с К-159. В гостинице, где размещены жены и матери членов экипажа, днем и ночью дежурят машины «скорой помощи». Как говорят близкие военнослужащих, представители командования Северного флота планируют собрать семьи девяти погибших моряков к 10 сентября. В этот день на теплоходе их повезут к месту, где затонула субмарина.

«Моей снохе сказали, что останки моряков достанут не раньше, чем через два месяца. Это в лучшем случае, – сообщила корреспонденту «Новых Известий» мать капитана 2 ранга Сергея Лаппы, Раиса Макаровна.

Мама Сергея и его младшая сестра живут в Алтайском крае. Раиса Макаровна работает учителем начальных классов в одной из школ родного Рубцовска. Жена Сергея, Валентина, и двое его детей живут в Санкт-Петербурге. Сергей Лаппа должен был вот-вот уйти на пенсию. Об этом Раисе Макаровне рассказала 14 августа сноха.

«Валя успокоила меня: «Сейчас он на вахте. Уведет лодку в утиль и уволится». Дочка, Сережина сестра, этого не знала, – плачет Раиса Макаровна. – В тот день я прихожу домой, а она смотрит новости по телевизору и спрашивает: «Мам, там лодка затонула, как в Питер дозвониться?» Я так и села: «Господи, да на ней же Сереженька!»

«Теперь мы гадаем, где он, что с ним. Страшно как! Ведь если они надели спасательные жилеты и выбрались наружу – их разорвали в море акулы. Или они там, в лодке? Как жутко!»

28 сентября Сергею Лаппе исполнился бы 41 год. А 31 июля, в День военно-морского флота они с женой отметили 20-летие совместной жизни. Именно в День ВМФ они и расписались.

«Сережа с детства мечтал стать моряком, – рассказывает его мать. – После восьмого класса он поступал в Нахимовское, но терапевт запретил: дескать, у него было двустороннее воспаление легких, это опасно. Сын упрямо твердил: «Все равно буду служить!» У него дед, дядя, папа были моряками. Сережка даже алоэ ел почти год, чтобы вылечиться. И после окончания школы поступил в высшее военно-морское училище в Севастополе. Там же, в Севастополе, женился. Его сын, Димка, учится на первом курсе университета имени Бонч-Бруевича на факультете телекоммуникаций. Дочка – школьница, ходит в девятый класс».

После гибели «Курска» Раиса Макаровна упрашивала Сергея уйти с флота. Он и сам устал, даже сердился, что медкомиссия не нашла у него никаких болячек. Однако если моряк уходит по своему желанию, он лишается многих льгот. А Сергей Лаппа мечтал дать хорошее образование дочери Наташе.

«Я видела его в марте, – вспоминает Раиса Макаровна. – Во время отпуска он заехал к нам на пару дней. Быстро, спешно поболтали, он и умчался. Да 31 июля по телефону его слышала. И все. Где теперь, мой Сереженька? Вы только не давайте никаких соболезнований. Мы все верим, что наши дети живые».

Несмотря на то, что под этими словами могли бы подписаться едва ли не все родственники членов экипажа К-159, во многие города России военные уже отправили траурные телеграммы: «Ваш сын погиб».

4 сентября в Кировскую область из Североморска будет доставлен «груз-200» с телом командира отделения турбинистов, старшины первой статьи контрактной службы Евгения Смирнова. Там, в Санчурском районе, его ждали родители. Живым.

Пятеро членов экипажа К-159 родом из Питера. По словам руководителя Санкт-Петербургского Клуба подводников Игоря Курдина, 6 сентября на Серафимовском кладбище будет похоронен командир дивизиона движения К-159, капитан третьего ранга Юрий Жадан. В Санкт-Петербурге у него остались жена и годовалый ребенок.

Старший лейтенант Максим Цибульский, единственный, кто выжил в страшной катастрофе, тоже из Санкт-Петербурга. Сейчас он лежит в североморском госпитале. Его сестра Катя уже устала от общения с журналистами:

«Вы все даете в искаженном виде. Максим два года встречается со своей ровесницей Надей. Она ездила к нему в Гремиху. Он навещал ее во время отпуска в июне, но ни о какой свадьбе речи пока не было. Так уже написали, что она невеста Максима, что ребята чуть ли не собирались расписаться, покупать жилье. А все не так».

Максим учился в специальном классе, его школа сотрудничала с Дзержинкой – Военно-морским училищем имени Дзержинского. По распределению его отправили служить на списанную подлодку, а не на боевой атомный крейсер. Максим очень переживал, говорил, что на берегу – не служба. Вчера его отец наконец-то смог выехать к сыну, до этого момента он не мог найти денег.

«Папа вчера отправился в Мурманск, – говорит Катя. – Нам помог Питерский клуб подводников. Сами вышли на нас, сами предложили финансовую поддержку. Нет, родственники других моряков нам не звонят. Им сейчас не до нас».

Опубликовано в номере «НИ» от 3 сентября 2003 г.


Актуально


Новости дня

Наверх
Читайте наши новости в соцсетях!

Подписаться на новости: